СИЗО ИЛИ ЗАЛОГ? ПОЧЕМУ СУДЫ НЕ НАЗНАЧАЮТ ЗАЛОГИ ПО «ПОЛИТИЧЕСКИМ» ДЕЛАМ

Автор: Наталья Наталина

Глава правления ВО ГО "Успішна варта"

На этой неделе Служба безопасности Украины выступила с очередным «сенсационным» разоблачением «агента ФСБ» в Украине. Им, по версии спецслужб, оказался известный общественный деятель Тимофей Нагорный. Резонансность дела на фоне новости об очередном повышении тарифов на газ уже вызывает мало удивления. За четыре года украинское общество привыкло к постоянному «разоблачению» так называемых «агентов Кремля» в лице журналистов, общественных деятелей и даже политиков первого эшелона.

В этом деле для правозащитников интересен другой аспект. Нагорного подозревают в совершении уголовных преступлений по части первой статьи 111 (государственная измена) и 190 (мошенничество) Уголовного кодекса Украины. 4 октября следственный судья Печерского районного суда г. Киева применила к нему меру пресечения в виде содержания под стражей (решения нет в открытом доступе) и определила размер залога (около $20000), который Нагорный заплатил и вышел из СИЗО. Таким образом, следственный судья, не нарушая требования УПК Украины, предоставила выбор и возможность стороне защиты выбрать меру пресечения. В дальнейшем, 22 октября Киевский апелляционный суд отменил определение Печерского суда и отправил Нагорного под арест до 30 ноября, уже без права внесения залога. И, что интересно, судью Печерского суда Людмилу Цокол после этого решения неожиданно отстранили от правосудия. Это кстати та самая судья, решением которой в декабре 2017 года был снят арест с оппозиционного политика Михаила Саакашвили.

Определение Печерского суда от 4 октября о залоге для подозреваемого по статье 111 УК Украины стало по сути беспрецедентным случаем за последние годы. Суд первой инстанции признал подозрение по ст. 111 необоснованным, и залог был назначен по ст. 190 (мошенничество). В любом случае, правозащитная платформа «Успішна варта» осуществляет мониторинг многих уголовных производств, в рамках которых выдвинуты обвинения по статьям из раздела УК Украины «Преступления против основ национальной безопасности Украины». По нашим данным, десятки человек уже по нескольку лет безальтернативно находятся в СИЗО без права внесения залога и фактически без рассмотрения их дел по сути. Суд каждые два месяца продлевает меру пресечения в виде содержания под стражей, и ни о каком залоге в таких делах речь даже не идет. Это дела журналистов Василия Муравицкого, Кирилла Вышинского и Павла Волкова, спортсменки Дарьи Мастикашевой, госслужащего Станислава Ежова и многих других «политических» обвиняемых. Судьи по таким делам сами поставлены в положение, когда указанных лиц освободить не могут, даже если у прокуратуры нет доказательств их вины.В этой ситуации по сути и обвиняемые, и судьи становятся заложниками таких дел, которые слушаются годами.

В большинстве же производств, где избрана безальтернативная мера пресечения в виде содержание под стражей (без определения залога), в результате обвиняемому выносится приговор «виновен». Даже пройдя через показную декоммунизацию, и наше общество, и наша судебная система все глубже инкорпорирует советскую практику. Еще со времен СССР, когда лицу, находящемуся под стражей, гораздо труднее доказать свою невиновность или получить наказание, не связанное с лишением свободы.

СКОЛЬКО «ПОЛИТИЧЕСКИХ ДЕЛ» В УКРАИНЕ?

Точное количество политических заключенных в Украине не известно. По ряду дел правоохранители не афишируют имена задержанных. А обвиняемые предпочитают идти на сделку со следствием и признавать вину без публичной огласки. Из тех случаев, которые известны правозащитной платформе «Успішна варта», «политические» дела против журналистов, общественных деятелей, политиков возбуждаются как правило по статьям раздела УК Украины «Преступления против основ национальной безопасности Украины». К ним относятся следующие статьи:

Статья 109. Действия, направленные на насильственное изменение либо свержение конституционного строя или на захват государственной власти;

Статья 110. Посягательство на территориальную целостность и неприкосновенность Украины;

Статья 110-2. Финансирование действий, совершенных с целью насильственного изменения или свержения конституционного строя или захвата государственной власти, изменения границ территории или государственной границы Украины;

Статья 111. Государственная измена;

Статья 112. Посягательство на жизнь государственного или общественного деятеля;

Статья 113. Диверсия;

Статья 114. Шпионаж;

Статья 114-1. Воспрепятствование законной деятельности Вооруженных Сил Украины и других военных формирований.

Также к данным «политическим» статьям часто прокуратура добавляет статью 258-3 УКУ (Создание террористической группы или террористической организации).

Согласно данным на сайте Генеральной прокуратуры, за 2015-сентябрь 2018 года по статьям «нацбезопасности» было взято на учет 1454 правонарушения, из них по 560 делам подозреваемым было вручено сообщение о подозрении. За 4 года в суд с обвинительным актом прокуратура направила 393 дела.

Данные взяты с сайта Генеральной прокуратуры Украины https://www.gp.gov.ua/ua/statinfo.html

Если рассматривать выдвинутые обвинения в разрезе статей УК Украины, то «любимой» статьей прокуратуры за последние 4 года стала статья 110 (посягательство на территориальную целостность). По ней было выдвинуто 47% всех обвинений (261 дело). На втором месте по «популярности» находится статья 111 (государственная измена) – 157 обвинений (или 28%). В топ-3 также вошла ст. 109 (действия, направленные на насильственное изменение или свержение конституционного строя или на захват государственной власти). По данной статье за 4 года было предъявлено 78 подозрений или 14% от всех дел по «нацбезопасности».

Данные взяты с сайта Генеральной прокуратуры Украины https://www.gp.gov.ua/ua/statinfo.html

Из всех направленных в суд уголовных производств «лидерство» держит также ст.110 – 213 дел или 54% от всех преступлений против национальной безопасности.


Данные взяты с сайта Генеральной прокуратуры Украины https://www.gp.gov.ua/ua/statinfo.html

Большинство обвинений по указанным статьям, которые имела возможность изучить юридическая команда «Успішна варта», базируются на «формальном подозрении (обвинении)», без соответствующей доказательной базы и с нарушениями норм процессуального права. Досудебное расследование по данным статьям в дальнейшем ставит суд перед сложными вопросами, каким образом рассматривать указанные производства. При этом в таких судебных процессах как правило осуществляется давление со стороны власти и так называемой общественностиактивистов»), преимущественно праворадикальной направленности.

Как результат, суд в таких процессах длится годами. Обвиняемые, вина которых не доказана судом, все это время находятся в СИЗО. Каждые два месяца суд продлевает содержание под стражей.

В случаях же, когда суд все-таки выносит решение, то в апелляционной инстанции по таким делам мы наблюдаем отмену обвинительного приговора и направление дела на новое рассмотрения со стадии предварительного заседания. Так произошло, например, в журналиста Дмитрия Васильца и его коллеги Евгения Тимонина, которые были задержаны СБУ в ноябре 2015 года и обвинены в информационном пособничестве терроризму согласно статье 258-3 УК Украины. Спустя два года нахождения обвиняемых в СИЗО, в сентябре 2017 года суд вынес обвинительный вердикт и осудил Д. Васильца и Е. Тимонина к 9 годам лишения свободы. В феврале 2018 года приговор был отменен в апелляционной инстанции, дело отправлено на рассмотрение в суд первой инстанции. В октябре 2018 года суд вернул прокуратуре обвинительный акт на доработку, ссылаясь на многочисленные нарушения во время досудебного расследования, неправильное составление реестра материалов досудебного расследования, который дополнялся к обвинительному акту, а также несоответствие обвинительного акта требованиям УПК.

ПОЧЕМУ СУДЫ НЕ ПРИМЕНЯЮТ ЗАЛОГ В ДЕЛАХ ПО «НАЦБЕЗОПАСНОСТИ»?

На постоянном мониторинге «Успішна варта» находятся кейсы, аналогичные делу Нагорного, в которых судьи руководствуются одинаковыми нормами процессуального и материального права. Однако не рассматривают возможность залога.

Например, ранее мы освещали судебное дело в отношении Фаруха Камалова по статье 111 УК Украины. Крымский татарин был арестован 8 февраля 2018 году следственным судьей Херсонского городского суда без определения размера залога и безосновательно содержался в СИЗО до вынесения приговора. Безосновательность состоит в том, что по результатам судебного рассмотрения обвинительного акта - статья 111 УК Украины (государственная измена) не нашла своего подтверждения и была изменена на более мягкую - статью 110 УК Украины (посягательство на территориальную целостность и неприкосновенность Украины). Как результат, было заключено соглашение с прокурором, по которому Камалову определен условный срок наказания.

Одни законы, одна судебная система, а решения разные.

Напомним, 7 октября 2014 статья 176 УПК Украины была дополнена частью пятой - мера пресечения в виде личного обязательства, личной поруки, домашнего ареста, залога не могут быть применены к лицам, которые подозреваются или обвиняются в совершении преступлений, предусмотренных статьями 109-114-1, 258-258-5, 260, 261 УК Украины. Это именно та категория дел, которые принято относить к политическим.

В то же время статья 183 УПК Украины в части четвертой отмечает, что суд при постановлении решения о применении меры пресечения в виде содержания под стражей, ИМЕЕТ ПРАВО не определить размер залога в уголовном производстве:

1) по преступлениям, совершенным с применением насилия или угрозой его применения;

2) по преступлениям, повлекшем гибель человека;

3) к лицу, в отношении которого в этом производстве уже избиралась мера пресечения в виде залога, однако была нарушена им.

Исходя из указанных требований статьи 183, учитывая обстоятельства дела, если подозрение/обвинение не содержит ссылок, что преступление совершено с применением насилия/угрозой его применения или вызвало гибель человека, и нарушений выполнения меры пресечения, суд МОЖЕТ при избрании меры пресечения в виде содержания под стражей определить размер залога. И в случае с Нагорным, и с Камаловым суть выдвинутых подозрений не свидетельствует о том, что указанные в статье 183 УПК Украины запреты отражены в их действиях.

Кроме того, НЕ ИЗБИРАТЬ ЗАЛОГ при избрании меры пресечения в виде содержания под стражей - это ПРАВО, А НЕ ОБЯЗАННОСТЬ СУДА.

Однако, как мы писали ранее, избрание залога в «политических» делах нам известно только в кейсе Нагорного. Более того, известны примеры, когда следователь/прокурор намеренно инкриминируют наиболее тяжелую статью, содержащую в себе ссылки на требования изучения в статье 183 УПК Украины. Как это было в деле журналиста Павла Волкова, который уже более года находится в СИЗО в Запорожье. Дело сейчас слушается в Шевченковском районном суде Запорожья по части второй статьи 110 УК Украины - посягательство на территориальную целостность Украины (группой лиц); статья 258-3 УК Украины - иное пособничество террористам. В указанных статьях отсутствует прямая ссылка на «насилие» или на «смерть человека». Напомним, мы на даем оценку доказательств, а исключительно изучаем процессуальные документы.

Однако, когда избиралась мера пресечения, Павлу вменялась часть третья статьи 110 УК Украины, в которую добавлен квалифицирующий признак «... действия которые привели к гибели людей ...» (как указано в решении апелляционного суда). Конечно, при таком «тяжелом» подозрении (наказание по части третьей статьи 110 УК Украины к 15 годам лишения свободы) следственный судья имел основания выбрать содержание под стражей, не определяя размер залога. Однако возникает вопрос, а исследовал ли следственный судья обоснованность подозрения? В суд же обвинительный акт зашел уже без части третьей статьи 110 УК Украины, однако формально добавили «другое пособничество террористам». Если бы следственные судьи/суд применили бы меру содержания под стражей с определением залога, Павел мог бы провести этот год дома (учитывая сдерживающие факторы - семья, работа).

Вместо этого с 27 сентября 2017 года суд каждые два месяца продлевает Павлу меру пресечения в виде содержания под стражей. Вместе с тем, в законодательстве отсутствуют запреты об изменении меры пресечения с содержания под стражей на любую другую, не связанную с лишением свободы.

Похожая ситуация возникла и в деле Станислава Ежова, заместителя руководителя протокола и помощника премьер-министра Украины Владимира Гройсмана. Станислав был задержан 20 декабря 2017 года сотрудниками СБУ на своём рабочем месте, с этого времени безальтернативно находится под стражей в Лукьяновском СИЗО города Киева. Обвиняется в государственной измене (ст. 111 ч.1 УК Украины). Ежову грозит от 12 до 15 лет лишения свободы с возможной конфискацией имущества. Из техдоказательств «шпионажа», которые прокуратура огласила на судебных заседаниях, например, прокурор зачитал на камеру разговоры Премьер-министра Владимира Гройсмана и Верховного представителя Европейского союза по иностранным делам и политике безопасности Фредерики Могерини, в которых якобы содержалась ценная для Украины информация, которая была передана Ежовым во время переписки. Кроме того, во время суда прокурор зачитал распечатки статей украинских аналитиков и политологов, которые якобы пересылал Ежов. Кроме того, прокурор прикрепил к доказательствам стенограмму домашних разговоров Станислава Ежова с женой и родителями, где обвиняемый преимущественно обсуждал бытовые вопросы, а также спорил с родителями на исторические темы, такие как Голодомор, геноцид и 9 мая.

Похожее и дело Владимира Бика, бывшего начальник Департамента контрразведки СБУ. Его обвиняют в передаче сотрудникам ФСБ ссылок на находившиеся на тот момент и до сих пор в свободном доступе в интернете видеоматериалы, якобы искажающие сведения о событиях, происходивших на Майдане зимой 2013-2014 годов и порочащие Украину и ее евроинтеграционные устремления в глазах мировой общественности. Эта информация, по предположению следствия, была предназначена для использования во вред народу страны и репутации государства. Владимир Бик был задержан СБУ в ноябре 2014 года по обвинению в государственной измене (ст.111), находился под стражей в СИЗО 3 года и только в октябре 2017 года во время очередного судебного заседания была изменена мера пресечения на круглосуточный домашний арест не смотря на требования ч.5 ст. 176 УПК УК Украины (запрет на применение иных мер пресечения кроме как содержания под стражей).

Уже 15 месяцев в следственном изоляторе находится Дарья Мастикашева, трехкратная чемпионка Украины по тхеквандо и серебряный призер чемпионата Европы среди юниоров. Дарья была похищена сотрудниками СБУ 15 августа 2017 года, несколько дней ее пытали, пока не выбили признание на камеру, которое и было представлено на пресс-конференции главы СБУ Василия Грицака. Это видео и послужило основой ее обвинения, после этого она была заключена в следственный изолятор и по сей день находится там. Дарью подозревают в государственной измене (ст. 111 УК Украины) путём вербовки ветеранов антитеррористической операции на востоке Украины (АТО) для имитации подготовки терактов в России, которую российские спецслужбы смогли бы использовать для дискредитации украинских властей. Женщине не разрешают встретиться с ребенком, последний раз она видела его в августе прошлого года. Не взирая на международную огласку этого дела и многочисленные процессуальные действия адвоката, ускорить рассмотрения дела так и не удается.

Это далеко не полный список тех граждан Украины, которых спецслужбы обвиняют в государственной измене и вплетают в «агентурную сеть ФСБ». Полный перечень таких людей доподлинно не известен. При этом, как правило, именно длительное пребывание в СИЗО используется прокуратурой как рычаг давления, чтобы человек признал свою вину и пошел на сделку со следствием. О такой практике по отношению к пользователям социальных сетей, которых обвиняют в распространении так называемой «антиукраинской пропаганды» мы детально писали в этом материале.

ЧТО ГОВОРИТ МЕЖДУНАРОДНОЕ ПРАВО?

Статьей 9 Международного пакта о гражданских и политических правах и статьей 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее - Европейская конвенция) гарантировано право каждого на рассмотрение дела в разумный срок. Свод принципов защиты всех лиц, подвергаемых задержанию или заключению любым образом, принятый Генеральной Ассамблеей ООН 9 декабря 1988 года, также требует проведения судебного разбирательства в отношении задержанного в разумные сроки после его задержания или освобождение этого лица к рассмотрению дела (производства) в суде.

Длительная неоправданная задержка процесса практически равносильна отказу в правосудии. По этому вопросу существует большое количество разъяснений, обобщений национальных судов и практики Европейского суда по правам человека. В том числе и два дела «Луценко против Украины» - ныне главы Генеральной прокуратуры Украины. В свете этого, казалось бы, суды должны более взвешенно и тщательно подходить к решению вопроса о применении меры пресечения в виде содержания под стражей. Однако это не так.

Мы наблюдаем, как украинские суды игнорируют положения в пункте 75 решения Европейского суда по правам человека (далее – ЕСПЧ) по делу «Харченко против Украины». В нем четко определено, что длительное содержание под стражей без определения в решении суда соответствующих оснований несовместимо с принципом защиты от произвола, закрепленного в п.1 ст. 5 Европейской конвенции.

В политических делах суды как правило апеллируют к такой формулировке как «тяжесть наказания, которая угрожает лицу в случае признания его виновным». На постоянном мониторинге «Успішна варта» находится дело харьковского врача Игоря Джадана, который в апреле 2015 года был похищен СБУ и лишь спустя три недели официально задержан. Уголовное производство по обвинению Игоря Джадана в целом «букете» статей Уголовного кодекса, в т. ч. и по ч. 2 ст. 110, слушается в Дзержинском районном суде г. Харькова Основное обвинение - создание террористической организации. Дело рассматривается уже более трех лет, доказательств нет. В 2017 году "соучастников" преступления Джадана поменяли по "Минским соглашениям". Игорь Джадан заявляет о своей невиновности и готов отстаивать свою позицию в суде. Все это время и в настоящий момент безальтернативно находится под стражей в СИЗО.

Каждый раз продлевая Джадану меру пресечения, в решении суда приводится такая мотивировочная часть:

В более чем 20 судебных заседаниях по делу Джадана, где решался вопрос о мере пресечения, приводились именно такие основания для продления. Последний год никаких процессуальных действий по его делу ни происходило.

Аналогичная ситуация и в деле Николая Сидоренко, который был задержан в 2017 году. Судебное решение базируется исключительно на сроках, указанных в УПК Украины, без указания обстоятельств, рисков, состояния здоровья и границы разумного срока. Сам Сидоренко получил за время нахождения в СИЗО инвалидность.

В этих случаях суд полагается только на правовую квалификацию содеянного, предоставленную стороной обвинения, что является недостаточным для принятия законного судебного решения, для дальнейшего содержания под стражей.

Решение суда без мотивированных оснований для его принятия нарушает право на защиту от произвола, которое является важным элементом «законности» содержания под стражей в понимании статьи 5 Европейской Конвенции.

В соответствии с требованиями статьи 5 Европейской Конвенции (правовая позиция ЕСПЧ, изложенная в п. 60 решения от 06.11.2008 по делу «Елоев против Украины») по истечении определенного промежутка времени (досудебного расследования, судебного разбирательства) даже обоснованное подозрение в совершении преступления не может быть единственным оправданием содержания под стражей подозреваемого. А потому суд в случае удовлетворения ходатайства об избрании или продлении срока применения меры пресечения в виде содержания под стражей должен четко указать в судебном решении наличие другого основания (оснований) или риска, предусмотренных статьей 177 УПК Украины.

Наряду с международно-правовыми актами требования об осуществлении уголовного производства в разумный срок закреплены и в национальном уголовно-процессуальном законодательстве. Так, одной из основ уголовного производства в соответствии с пунктом 21 части первой статьи 7 УПК Украины является разумность сроков, содержание которой раскрывается в статье 28 УПК Украины. Неукоснительное соблюдение положений этой статьи, которая, среди прочего, возлагает на суд обязанность по обеспечению проведения судебного разбирательства в разумные сроки, является необходимым условием выполнения задач уголовного судопроизводства и соблюдения основных прав человека на всех его стадиях.

Правозащитная платформа «Успішна варта» продолжает осуществлять мониторинг указанных выше и других дел. Считаем, что в случае, если Украина претендует на статус правового государства, должны быть устранены избирательность правосудия и злоупотребление системой уголовного судопроизводства, нарушающие статью 6 Европейской конвенции.


Похожие новости

В Киеве 27 июля вопреки попыткам власти сорвать молебен на Владимирской горке и Крестный ход в честь 1030-летия Крещения Киевской Руси святым князем В ...

Детальнее