Свобода слова и мнения в Украине

Side event «Успішна варта» в рамках конференции ОБСЕ HDIM 2018. Свобода слова и мнения в Украине: угрозы и возможности

11 сентября правозащитная платформа «Успішна варта» организовала круглый стол (Side event) по теме «Право на свободу слова и мнения в Украине: угрозы и возможности». Мероприятие состоялось в рамках ежегодной конференции The Human Dimension Implementation Meeting (HDIM), которую проводит Бюро ОБСЕ по демократическим институтам и правам человека в Варшаве с 10 по 21 сентября 2018 года.

Участники мероприятия обсудили ситуацию со свободой слова в Украине с целью совместного поиска путей для снижения давления на независимые медиа и снятия ограничений свободы обмена информацией в интернете, которая проводится в рамках декларируемой борьбы с российской гибридной агрессией.

Участие в мероприятии в качестве спикеров приняли украинские журналисты, правозащитники, представители общественных организаций и украинских медиа компании.

Публикуем полное видео и текст выступлений спикеров круглого стола



Модераторами Side event выступили глава правозащитной платформы «Успішна варта» Наталья Наталина и глава Медиа Холдинга «Вести Украина» Ольга Семченко.

Наталья Наталина: «В течение последних 4 лет в украинское законодательство был внесен ряд изменений, которые существенно ограничивают как свободу обмена информацией, так и создают условия для непропорциональных санкций в отношении независимых медиа. Один из последних законопроектов под номером 6688 предусматривает возможность внесудебного блокирования сайтов и выносится на рассмотрение на текущей сессии парламента».


Известный украинский правозащитник, глава Института «Республика» Владимир Чемерис рассказал о свободе слова и свободе выбора в Украине, подчеркнув, что подобный круглый стол можно провести в Варшаве, но не в Киеве. Любое подобное мероприятие подвергается атаке ультраправых группировок, что ярко иллюстрирует уровень свобод в Украине.

Владимир Чемерис: «Відносно свободи вираження поглядів в Україні. Навіть наш теперішній захід вже ілюструє те, що відбувається в Україні. Перед нашим заходом заступник міністра інформаційної політики України, яке в Україні ще називають Міністерством правди, вже сказала, що тут буде обговорюватись, і засудила сам по собі наш захід.

Власне я не збираюсь говорити про те, що заступник міністра вказала в своїй публікації в Facebook. Я не буду говорити про порушення свободи слова і свободи зібрань в Російській Федерації. Там порушень не менше або й більше ніж в Україні. Там порушення є величезні. Але ми говоримо про те, що зараз відбувається в Україні.

І власне те, що відбувається в Україні, ілюструє сама ця публікація. Тобто навіть обговорення питання про те, чи є свобода вираження поглядів в Україні, викликає одразу ж величезний супротив в урядових колах України.

Я думаю, нажаль, такий захід, якщо він би відбувався в Україні, був би одразу ж атакований ультраправими чи ліберальними прихильниками теперішньої влади. Тому що у нас в Україні існує насправді пропаганда і насправді є ще невеликі можливості висловлювати свою точку зору.

Чому я говорю про пропаганду. Пан Дезір [Арлем Дезир, представитель ОБСЕ по вопросам свободы СМИ - УВ] у брошурі «Памятная записка. Бюро представительства ОБСЕ» власне і говорить, чим відрізняється пропаганда від свободи слова. І він говорить, що потрібен діалог. Так от діалогу нам в Україні не пропонують. Нам пропонують, що існує офіційна точка зору й існує інша точка зору, яка одразу ж оголошується точкою зору П’ятої колони, Кремля і т.д. Тому ми про це мусимо говорити. І насправді нам легше говорити тут, поза межами України, тому що в Україні говорити про це небезпечно.

Свобода вираження поглядів включає в себе і свободу слова, і свободу зібрань, і свободу вибору. Відносно свободи зібрань. В Україні змінилась тенденція, починаючи від подій, які відбулися 2014 року, на Майдані. Якщо раніше були судові заборони [на проведение мирных собраний - УВ], то тепер такі судові заборони де-факто зведені до нуля. Але якщо ви захочете провести будь-яку акцію, яка не співпадає з точкою зору влади або ультраправих, відверто нацистських формувань, ви її провести не зможете. Тому що на вас нападуть при бездіяльності або і при відвертому потуранні поліції, або ви не зможете висловити свою точку зору.

Наприклад, Едуард Коваленко отримав 5 років і зараз знаходиться в тюрмі лише за те, що він висловив свою точку зору щодо мобілізації в 2014 році. Йому офіційно інкримінують статтю, яка називається протидією збройним силам, але фабула вироку як раз полягає в тому, що він сказав під час мітингу. Тобто насправді за те, що ви говорите під час мітингу, за це вас можуть посадити в тюрму на 5 років. Зараз, до речі, Едуард Коваленко оголосив голодування.

Щодо свободи слова. Тут уже було сказано відносно законодавчих ініціатив, які покликані обмежити свободу слова. У нас навіть без законодавства за указом Президента вже заблоковано низку сайтів. Зараз знаходяться в Верховній Раді 2 ініціативи. Одна з них полягає в позасудовому блокуванні сайтів, що протирічить Конституції. Інша ще не оприлюднена, але вже оголошена, про те, що вона є, так звана ініціатива щодо інформаційної безпеки.

Насправді йдеться про те, що вам говорять, що ви можете говорити і що не можете говорити. І за те, що ви говорите те, що не можна, вам інкримінують кримінальні справи. 388 справ відкрито щодо тих людей, які просто в соціальних мережах написали пости, які не сподобалися СБУ. На цих людей відкривають кримінальні справи. Як правило, вони закінчуються тим, що людям пропонують, щоб вони визнали свою вину. І їм в кінці кінців дають умовні терміни. Тобто то Європейського суду вже позиватися не можна, тому що люди визнають начебто свою вину.

Відносно свободи вибору. У нас вибори будуть в березні наступного року. Перед цими виборами наш Президент фонтанує низкою законодавчих ініціатив, у тому числі зміни до Конституції і таке інше. Які покликані сконсолідувати правий електорат навколо його особи. У нас Конституційний суд визнав неконституційним Закон про референдум. Тобто де-факто у нас зараз в Україні референдуму не може відбуватися. Тобто у людей не збираються питати про те, що вони думають відносно того чи іншого питання.

Але мені здається найважливіше інше питання. Кілька років тому на такому ж заході в Варшаві у мене була зустріч з одним представником силових структур України. І я йому говорив, що Україна відрізняється тим від Росії, що Росія хоче бути жандармом. Сила України в тому, що вона демократична, в тому, що головне це є свобода.

Нажаль ситуація зараз зовсім інша. У нас свобода була завдяки громадянському суспільству. Що сталося з нашим громадянським суспільством. Тут присутні ті люди, які власне відсиділи в СІЗО або отримали звинувачення не за те, що вони робили якісь насильницькі дії, а просто лише за те, що висловили свою точку зору. І люди, які називають себе правозахисниками або журналістами, не готові і не хочуть їх підтримати. Вони говорять: окей, вони сидять, правильно сидять. Що Надія Савченко, відома українська депутатка, в Росії сиділа не правильно, в Україні сидить правильно. І в тій ситуації, в якій ми зараз є, тобто коли громадянське суспільство не готове протистояти тоталітарним ініціативам, які ідуть від влади і ультраправих, це є дуже велика проблема. І я хочу, щоб цей виступ і те, що ми тут обговоримо, було як раз причиною для того, щоб громадянське суспільство виступило проти того, що відбувається в Україні. Тому що інакше цю проблему ми не зупинимо».

В условиях тотальной государственной цензуры для украинских телеканалов и медиа компаний для многих украинцев основным источником информации становятся независимые каналы Youtube и блоггеры, которые проводят свои собственные журналистские расследования. Одним из самых известных является канал медиа эксперта Анатолия Шария. О свободе слова в интернет-пространстве и попытках блокирования популярных лидеров мнений рассказала коллега Анатолия, главный редактор сайта Шарий.нет и также популярный Youtube- блоггер Ольга Шарий.

Ольга Шарий: «Не помню ни одного месяца, ни тем более года за время правления Петра Порошенко, когда бы не осуществлялось давление на нас, как на журналистов. Я и мой супруг Анатолий Шарий [известный украинский блоггер, основатель YouTube-канала «Анатолий Шарий» - УВ] владеем каналами на YouTube, собственным новостным сайтом и имеем одни из самых читаемых страниц в социальных сетях Украины.

В одном из последних расследований, которое мы провели, мы разоблачили консула-неонациста, работавшего в Гамбурге. Об этом расследовании написала мировая пресса и как итог - МИД отозвал консула, уволив его.

Также мы выяснили, что политзаключенный, представленный администрацией президента как украинский герой, на самом деле оказался преступником, который скрывался на территории Российской Федерации от украинского правосудия. Как результат, администрация президента отказалась от пиар-кампании касательно Александра Костенко, а СБУ сделали по этому поводу заявление. Это расследования только последних месяцев.

Я не говорю о ежедневных разоблачениях украинской власти и фейков украинских СМИ. Поэтому, к сожалению, не удивительно, что, по их мнению, такая популярность в Украине должна работать либо на пользу власти, либо не должна работать вообще.

Наши расследования крайне неудобны и опасны для Порошенко в преддверии выборов. За последний год на моего супруга - первого украинского журналиста, получившего статус беженца в ЕС, открыли два новых уголовных производства в Украине. Это помимо еще двух уголовных дел, которые висят последние 7 лет.

Итак, Национальная полиция Киева в 2017 году приняла такое заявление, цитирую: Неустановленная личность в Соломенском районе города Киева в неустановленное время могла совершать действия, касательно растления несовершеннолетних, а проверить совершалось ли такое преступление нужно в отношении Анатолия Шария. Несмотря на то, что следователь по делу в феврале 2018 года принял решение закрыть уголовное производство, через несколько недель его через суд заставили снова открыть производство по причине того, что следователь не проверил, совершил ли гражданин Украины Анатолий Шарий преступление по статье №156 УК Украины.

В сентябре этого года следователь снова закрыл это дело из-за отсутствия события преступления. Спустя несколько дней его снова открыли. Они не заморачиваются на тот счет, что моего супруга уже 7 лет нет в Украине, что в Европе мы законопослушные граждане, что такое откровенное давление на журналиста, на члена IFJ, может негативно сказаться на имидже власти. Им все равно.

В июне 2018 года на Анатолия Шария было написано еще одно заявление, в котором указано, что он разжигал межнациональную вражду и ненависть, по статье №161.

В августе 2018 года мы узнали о тихом судебном решении, в котором прокуратура Украины отправляет в YouTube требование, согласно которому они запрашивают данные о местоположении Анатолия Шария. Это вообще нонсенс, они себе это позволяют в адрес беженца. Более того последние несколько лет украинская власть осуществляла попытки договориться с Литвой, страной которая сейчас является большим другом Украины. Именно Литва предоставила Анатолию Шарию в 2012 году политическое убежище. В 2015 году Литва заявила, что пересмотрит статус Анатолия Шария, так как ему якобы ничего не угрожает. Позже они признали, что угроза жизни сохранилась и статус полностью обоснован.

И вот сейчас люди, аффилированные с администрацией президента Украины, направили в департамент миграции Литвы письма о том, что нужно снова попробовать лишить Анатолия Шария статуса беженца. Я, например, покинула Украину в 2015 году. Больше туда не возвращалась. Не по своему желанию. Это произошло после того, как мой личный счет в банке был заблокирован. А в банк было направлено письмо СБУ с целью узнать, посещала ли я оккупированные территории Украины, знакома ли я с Анатолием Шарием и в каких отношениях я с ним состою.

Давление оказывается и на наших журналистов, которые работают непосредственно в Украине. В 2017 году на центральной улице Киева журналистка нашего издания была похищена двумя неизвестными мужчинами, её затащили в авто увезли в неизвестном направлении. Позже оказалось, что это были сотрудники СБУ. Пресс-служба после этого сообщила, что пригласила к себе помощницу одного из пророссийских пропагандистов. По словам СБУ сюжеты, которые она снимает используются пропагандистом для дискредитации Украины в интересах российских спецслужб. Конечно никаких доказательств пророссийской деятельности или дискредитации в интересах российских спецслужб СБУ не предоставило.

В феврале 2018 года на нашу журналистку было совершено нападение на акции протеста. Представители радикальной организации С14, которые совершенно недавно сожгли лагерь ромов в Киеве, окружили нашего корреспондента и стали ей угрожать. В последствии управление Верховного комиссара ООН по правам человека осудило не только нападение радикальной группировки на журналистку, но и бездействие полиции, которая в тот момент находилась рядом с происшествием. В июне 2018 года на нашу журналистку напали и вылили неизвестную химическую жидкость в лицо. Нападение совершили участники националистической организации и даже опубликовали видео на своём канале в YouTube, не скрывая своих лиц. Безусловно мы написали заявление в полицию, но недавно узнали, что следователь тихо закрыла дело даже не уведомив нас.

Буквально пару дней назад Апелляционный суд Львовской области отпустил под домашний арест участника С14 Маркьяна Вербового, который ударил ножом сотрудника полиции. Поэтому какой справедливости мы должны ждать в наших ситуациях? Более того на нас постоянно осуществляется психологическое давление со стороны представителей власти.

Например, многие знают легендарную историю, когда народный депутат, помощник министра МВД Антон Геращенко написал в соцсетях, что всех, кто лайкает Анатолия Шария, начинают документировать и определять ip-адреса. Это был настоящий Epic fail, который обсмеяли пользователи соцсетей и пресса. Но смешно это только со стороны, потому что за последние 5 лет народные депутаты называли нас «ничтожествами», «собаками», «шариками».Мэр города Днепр обещал «гонять по крыше» моего мужа и «бить как резинового коня».

Тот же народный депутат Антон Геращенко заявил, и растиражировали это все СМИ, что мой муж спонсирует международный терроризм. Каналы, аффилированные с администрацией президента, называют моего мужа преступником, в новостных сюжетах рассказывают о каких-то уголовных делах, якобы открытых на него в Европе. И команда, к слову, дана обвинять именно в преступлениях сексуального характера.

И всё это происходит по единственной причине - все эти люди хотят остаться у власти, а мы им мешаем. О чем можно говорить, если сегодня украинская делегация не смогла спокойно отреагировать на все наши выступления. Оксана Романенко, член Комитета по журналистской этике, написала, что мы «путинские марионетки» и сказала, что моему мужу Анатолию Шарию стоит напрячься по поводу того, что представитель российской делегации оговорился и призвал расследовать убийство Павла Шария вместо Павла Шеремета. Эта фраза настолько привела в восторг украинскую делегацию, украинских депутатов, что они обсуждают это весь день. А журналистка Анастасия Станко удивилась, что я делаю на этой конференции. При чем тут журналистика, - спросила она. Я бы хотела сказать ей, что я член IFJ, и член союза журналистов в одной из Европейских стран, а не пропагандист. И моя аудитория насчитывает сотни тысяч людей, и их оценка мне важнее, чем ваша».

Давлению со стороны украинской власти подвергаются преимущественно независимые медиа компании, транслирующие альтернативную точку зрения на ситуацию в Украине.Зафиксированные на протяжении 2014-2018 гг. факты позволяют говорить о том, что для давления на независимые медиа со стороны власти применяется комплекс мер. Это и обыски, и уголовные дела. И угроза лишения лицензий за несоблюдение языковых квот. Нападения и угрозы со стороны праворадикальных организаций. И конечно же хейт спич и риторика ненависти на самом высшем уровне- чему мы все были свидетелями буквально на прошлой неделе, когда с трибуны парламента представители двух коалиционных фракций публично обвиняли в антиукраинской позиции один из основных оппозиционных каналов. О всех «прелестях» того, как быть независимым медиа в Украине рассказала Оксана Омельченко, главный редактор газеты «Вести».Представитель медиа холдинга «Вести Украина» и коллектива отважных журналистов, которые с весны 2014 года мужественно борются за свое право говорить и писать для своих зрителей и читателей.

Оксана Омельченко: «Я хочу рассказать о беспрецедентном давлении, которое оказывается на медиахолдинг «Вести Украина», который я представляю. За 5 лет нашего существования мы пережили 5 атак со стороны силовых структур. И, наверное, где-то в двое больше атак со стороны праворадикальных организаций. Двоих наших журналистов уже нет в живых. Речь о Вячеславе Веремье и Павле Шеремете. Причем в обоих случаях никто не был наказан за это преступление и нет даже подозреваемых.

Что из себя представляет медиахолдинг «Вести Украина»? Это газета, самая массовая, самая тиражная газета Украины. Это сайт - новостной ресурс ukr.com, деловой портал UBR и «Радио Вести», которое было лишено лицензии на вещание в Харькове и Киеве и сейчас вещает только в Днепре. Лишено лицензии по надуманным поводам. В общем это было одним из элементов атаки на медиахолдинг.

Я хочу подчеркнуть, что принципы нашей работы – это объективность, fact cheking и плюрализм мнений. Мы не боимся делать острых материалов. Мы не боимся расследований. И так сложилось, что практически после каждого нашего расследования к нам приходили «гости». И «гости» так или иначе были фигурантами этих расследований. Последняя история у нас была в феврале этого года. Помещение медиахолдинга было захвачено. Журналисты не были допущены на свои рабочие места. Оборудование, личные вещи, техника, все осталось заблокировано силовыми органами, в первую очередь АРМА.

АРМА – это агентство по вопросам выявления, розыска и управления активами, полученными от коррупционных и других преступлений. Это структура, созданная в последнее время для борьбы с коррупцией в Украине. И, что важно, она очень поддерживается международными структурами. Но после того, как мы написали материал, что коррупция существует в самом этом ведомстве, буквально через несколько дней представители этого ведомства наведались к нам в офис. Пришли они с представителями Главной военной прокуратуры. Это тоже были фигуранты наших многочисленных расследований. Кроме того, как я уже сказала, были силовики и, скажем так, молодые люди спортивного телосложения, которые не имели никаких опознавательных признаков. В нашей стране их часто называют «титушками». Вели они себя шокирующе. Когда журналисты попасть прорваться на свои рабочие места, они были обрызганы газом. У нашего редактора новостной ленты ожег второй степени.

Я хочу подчеркнуть, что мы там находились абсолютно на законных основаниях. Тому было подтверждение нескольких судебных инстанций. Тем не менее представители АРМА, Военной прокуратуры абсолютно не обращали на это внимание. И даже не хотели отвечать на вопросы наших журналистов и других журналистов, которые приехали нас поддержать в этой шокирующей ситуации.

Я хочу сказать, что то, что случилось в феврале, это был не единственный случай. Обысков и таких захватов, я как уже сказала, было 5. Опять же беспрецедентная история была летом прошлого года. Это была спецоперация, напоминающая боевик, за которой мог наблюдать весь центр Киева, поскольку наш офис находится в центре. Военная прокуратура для того, чтобы атаковать журналистов, среди которых подавляющее большинство женщин, пригнала военную технику. Было больше сотни вооруженных людей в масках, с автоматами, которые заблокировали наше помещение в тот момент, когда там находились наши журналисты и сотрудники медиахолдинга. До 3 часов ночи они удерживались силовиками. Более того, вели они себя, мягко говоря, бесцеремонно, позволяли себе копаться в личных вещах журналистов, мобильных телефонах, комментируя личные фотографии, видео, переписку и т.д. И это опять же была не единственная история.

Я хочу сказать, что и в феврале, и летом нас активно поддерживали международные организации, правозащитные организации. Много СМИ написало, что происходит что-то вопиющее с медиахолдингом «Вести Украина». ЕС присвоило нам второй уровень угрозы по силе того, что случилось летом. И мы имеем поддержку Национального союза журналистов, опять же журналистских организаций, которые работают за рубежом, и Журналистского комитета в Нью-Йорке.

Все началось очень-очень давно, практически, как только холдинг появился. Это был 2014 год. Через год как появился холдинг, был первый обыск, маски-шоу в нашем офисе, изъятие техники, и случилось это за несколько дней до президентских выборов. И не только мы связывали, но и наши коллеги связывали происходящее с тем, что действительно накануне президентских выборов осуществляется беспрецедентное давление на журналистов, для того, чтобы они говорили и делали, и писали только то, что выгодно действующей власти, на тот момент еще не легализованной.

Также были атаки праворадикальных организаций, которые забрасывали наш офис камнями, которые лично мне и нашим сотрудникам журналистам писали угрожающие письма на почту. Кроме того, нападения были на промоутеров газеты и на автомобили, которые развозят тираж газеты.

На нас осуществляется беспрецедентное давление. В этих условиях мы продолжаем работать, продолжаем писать, делать, снимать резонансные материалы. Но есть опасения, что чем ближе к предвыборной кампании, тем хуже будет становится ситуация, и давление будет усугубляться. И поэтому мы не исключаем, что мы можем столкнуться с еще и еще новыми атаками на нас».

Представьте себе, что вы находитесь в роддоме, где ваша жена только что родила ребенка. И в этот момент к вам врываются сотрудники СБУ и предъявляют обвинение в государственной измене. Потому что у вас есть трудовой договор с российским информационным агенством.

Начиная с 2015 года практика привлечения журналистов и блоггеров к уголовной ответственности по «сепаратистским» статья стала чрезмерно широко применяться СБУ.Задержанные как правило безальтернативно находятся в СИЗО, судебные заседания по их делам намеренно затягиваются. Вопреки призывам международных организаций об освобождении данных лиц как узников совести, руководство государства Украина отказывается признавать факт наличия политических заключенных в Украине. С сентября 2017 года находится в СИЗО журналист Павел Волков из Запорожья. Уже 4 месяца в херсонской тюрьме находется журналист Кирилл Вышинский. На прошлой неделе ему продлили меру пресечения на два месяца. В такой же ситуации оказался ижитомирский журналист Василий Муравицкий, который был задержан в роддоме, где рожала его супруга. Своего новорожденного ребенка и жену он смогу увидеть только спустя 11 месяцев, когда усилиями адвокатов, правозащитников и международной общественности мера пресечения была сменена на домашний арест.

Дмитрий Василец вместе с коллегой Евгением Тимониным был задержан СБУ 24 ноября 2015 года по обвинению в информационном пособничестве терроризму согласно за 4-х дневную поездку в Донецк в июле 2014 года., безосновательно находились в СИЗО 820 дней (2 года 3 мес.). Дмитрий Василец рассказал участникам круглого стола об уголовном преследовании в свой адрес и том, как на собственном примере убедился в «нечуваной» свободе слова в Украине.

Дмиртий Василец: «Хочу рассказать, как режим использует статьи безальтернативной меры пресечения, чтобы бороться с инакомыслящими. По сути любого человека по этим статьям [т.н. «сепаратистские статьи» 109, 110 и 111 УК Украины – УВ], можно взять и посадить в тюрьму на неопределенный срок, если прокуратура просто предъявляет этому человеку подозрение.

Я прошел это на практике. Нельзя представить, что в XXI веке человека можно просто посадить в тюрьму без каких-либо доказательств вины (они якобы засекречены), навешать на него ярлыки о какой-то антиукраинской деятельности. И в конечном итоге оказывается, что доказательств не существует.

Человек просто сидит в СИЗО и каждый месяц ему продлевают меру пресечения. А в конечном итоге этот человек получает 9 лет тюрьмы за, согласно официальному обвинению, настройку YouTube - канала.

Это касается не только меня. Похожие ситуации в Украине повсеместно. И касаются они как журналистов, так и обычных людей, к которым точно также применяют такие статьи. Если человек не обладает минимальной известностью, о нем вообще никто не знает. Таких людей склоняют к сделке со следствием - человеку объясняют, что альтернативы нет, что бороться с системой бесполезно и поэтому нужно идти на сделку. Тем, кто хотя бы немного пытается сопротивляться, власть каждые 3-4 месяца предлагает уехать на обмен, получается, что люди годами сидят в тюрьме, а СБУ приходят и предлагают: хочешь на свободу? - ну тогда поехали на обмен.

Таким образом в нашей стране это и происходит.

В государстве появилась монополия на патриотизм. Некоторые журналисты говорят, что есть люди, которых они назначают патриотами. А есть те, которые не патриоты. И делят по такому принципу людей и навешивают своеобразные ярлыки. Мне понятно, почему они так делают. Приватизацией патриотизма в нашей стране страдает и власть, поделив всех на тех, кто их поддерживает - они патриоты.И тех, кто выступает против или каким-то образом критикует, те становятся «агентами Путина», «сепаратистами», «агентами Кремля». Это нонсенс.

При чем журналистское сообщество в этом случае дает поразительные месседжи. Честно говоря, удивлен речами украинской делегации, ни один из выступающих не сказал о политзаключенных в Украине, а их на самом деле сотни и тысячи. Но тем не менее вот почему-то все до единого рассказывали про Олега Сенцова. Безусловно я хочу, чтобы его поскорее освободили, он приехал на Родину и у него было всё хорошо. Хочу, чтобы все политзаключенные как в Украине, так и в Российской Федерации вернулись домой, и этот беспредел наконец-то закончился. Но я не могу не подчеркнуть этот крайний уровень цинизма.

А когда люди приезжают и объясняют это, приводят факты, их опять же называют «агентами Кремля». Такая приватизация патриотизма вызывает удивление, и мне непонятно почему есть какая-то каста журналистов, которая будет решать кто патриот, а кто нет. Кто за Украину, а кто против. Хотелось бы подискутировать с коллегами по этому поводу. У меня много вопросов, на которые я ни могу получить ответы».

Журналист Руслан Коцаба был обвинен в государственной измене за публикацию видео с призывами против военной мобилизации.7 февраля 2015 года Коцаба был арестован сотрудниками СБУ и безальтернативно находился в СИЗО 524 дня. Во время круглого стола Руслан призвал коллег отбросить пропагандистские штампы и перестать сеять вражду в украинском обществе.

Руслан Коцаба: «Я бачу, що у нас зараз тут зібралися всі, кому не байдужа українська тема, доля України. І я думаю, варто не розділяти на«ватників» і «вишиватників», а у форматі «адекватники» поспілкуватися. І я думаю, це буде відверта розмова. Прикро, що вона не можлива зараз в Україні, бо тому що дійсно, як Володимир Чемерис каже, «нацики» [представители праворадикальных националистических организаций - УВ] би прибили. Бо у них, в «нациків», знаєте інтелекту ще менше ніж у солов’я.

Я з ними не один раз пробував спілкуватися, казав, що у мене є авторська програма. Казав, будь ласка прийдіть, прийдіть, поясніть свою позицію. Людям цікава ваша економічна платформа, людям цікаво, як можна питанняДонецьку вирішити і т.п.

Ми всі були свідками, ми всі були в сусідній кімнаті на пленарній сессії, де чітко видно протистояння між Росією і Америкою. Мені байдуже, що там в Росії чи що там в Америці. Але українська делегація виглядала в цій дискусії як клоуни. Вони взяли і вийшли кудись, потім зайшли. Що за понти? Мало того, що тут Польща, з якою зараз не сама приязна ситуація в дипломатичному ракурсі.

Мені не радісно, але тут зараз усі згадують, що я 524 дні відсидів. Нічого не помогло. От чотири рази в Брюсселі був, Польщі, Бундестазі виступав. Ну і толку. Це ми повинні між собою, журналісти, з’ясувати, чи хочемо ми підігрувати політикам, навіть політиканам, чи не хочемо.

Якщо ми з’ясуємо, що нам дійсно хочеться жити в Україні, щоб наші діти тут жили, давайте використаємо цю можливість бодай так, без всяких пропагандистських штампів. Одне діло, коли людина на зарплаті, і вона сюди приїхала відробляти свій кусок хліба, інакше її там з роботи виженуть і тому подібне, а він більше нічого не вміє. А друге діло, коли у людини болить, незалежно від того, яку вона займає позицію.

Я був у Криму. Я сказав, так, Крим – це Україна. Але я скористувався правом, що я не в камуфляжній формі, без зброї, на анексовану територію приїхати з відеокамерою, відзняти те, що я вважав за потрібне і виставити на свій ютуб-канал. Ми ж зобов’язані в конфліктній ситуації - а конфлікт є, всі його бачать, дехто каже це війна - скористатися можливістю як журналісти отримати ту інформацію, яку багатьом отримати неможливо. Ми це зобов’язані зробити. Тому що в конфліктній ситуації навіть ВВС [авторитетна британська медіа корпорація - УВ] вчить, що при конфлікті потрібні дві точки зору, а ще краще й експертна точка зору. І тому така ситуація».

После журналистов слово взяли украинские адвокаты. Адвокат Елена Лешенко рассказала, как, выступая защитником Дмитрия Васильца, впервые столкнулась с термином «информационный терроризм», которое просто отсутствует в уголовной практике.

Елена Лешенко: «Начну с того, что я не только адвокат. Я еще глава подкомитета по защите прав человека Ассоциации адвокатов Украины.

Вся наша история с Димой Васильцом началась в прошлом году, когда все наше правовое сообщество, адвокатское профессиональное сообщество было повержено в абсолютный шок, когда увидели приговор - 9 лет приговор за абсолютно ненасильственные действия. Т.е. никто никого не убил, не ограбил, не изнасиловал. Тем не менее 9 лет. Это было ужасно.

Все конечно же начали разбираться, что случилось, почему 9 лет. Когда я прочитала этот приговор и обвинительный акт, сдержаться было сложно. Смех сквозь слезы, потому что это было абсолютно удивительно читать. Тогда в наш юридический обиход вошло понятие «информационный терроризм».

Мы, как юристы, никогда не знали, что такое вообще бывает, но мы это увидели. Т.е. суд абсолютно фривольно трактовал норму закона, абсолютно фривольно трактовал Уголовный кодекс Украины. Там этого нет. Нет понятия «информационные террористы» и «информационный терроризм» или «информационное содействие в терроризме». Такого не существует. Это суд придумал сам по, естественно, обвинительному акту Службы безопасности Украины.

Конечно, изучив материалы дела, мы нашли очень много других нарушений. Вследствие чего и приговор этот был отменен апелляционным судом. И изменена была мера пресечения, что также было беспрецедентно, потому что люди [Дмитрий Василец и его коллега Евгений Тимонин - УВ] содержались под стражей 2 года и 3 месяца абсолютно в нечеловеческих условиях в Житомирском СИЗО. Им была изменена мера пресечения на домашний арест. И в связи с тем, что домашний арест закончился, мера пресечения закончилась, люди оказались на свободе.

Только благодаря тому, что апелляционный суд вник в суть, что действительно не может быть такого. Об этом говорят все международные организации, все эксперты. Об этом говорит практика Европейского суда по правам человека. А я являюсь тем адвокатом, который представляет многих, очень многих заявителей в ЕСПЧ. Не только против Украины, также против других стран. Не важно адвокатам, кто нарушает права. Это нужно понимать. Тут вопрос, есть нарушения – мы реагируем. Независимо от того, какая это страна. Да, мы граждане Украины, и конечно же в первую очередь нас беспокоит наша страна, наше правосудие, наши реформы, то, что происходит внутри.

Поэтому на сегодняшний день дело Васильца также рассматривается в ЕСПЧ, по статье 5 Конвенции по защите прав человека - это незаконное содержание под стражей. Статья 10 – это защиты свободы слова и статья 18, которая включает в себя политическое преследование. Это абсолютно четко прослеживается в этом уголовном деле, а также во многих других делах, о которых будут сегодня еще говорить.

Еще отдельно хочу сказать один момент. Мы выиграли суд против Службы безопасности Украины. Это было в декабре прошлого года. Что мы сделали? Мы точно также вменили СБУ статью 258 часть 3 – содействие в информационном терроризме. Потому что, раскрутив это дело и использовав это все, они тем самым точно также информационно содействовали терроризму.

Почему же нет?

Если они это придумали, ввели в обиход. Будьте добры. Так вот суд нас абсолютно поддержал, потому что СБУ не захотело самих себя расследовать, и мы суд выиграли. Теперь СБУ абсолютно четко игнорирует все наши адвокатские запросы, делая вид, что нас вообще не видит. У нас также есть в Уголовном кодексе прекрасная статья за неисполнение решения суда. Мы знаем, что делать. Мы – адвокаты. Мы с этим разберемся.

Но ваша задача, журналистов и правозащитников, которые здесь собрались, информировать объективно и с двух сторон освещать то, что мы сегодня не видим, то, что сегодня происходило. Когда говорят, что с одной стороны «агенты Кремля», с другой стороны еще кто-то. Этого не нужно. Нужно собрать диалог и решить, как выйти из этой ситуации в правовом поле. Потому что все это должно решаться исключительно в правовом поле.

Да, у нас сегодня с правосудием колоссальные проблемы. Об этом также расскажет еще мой коллега, что происходит в правовой системе. Но тем не менее, если мы все вместе консолидируем наши усилия, возможно мы сможем еще в перспективе построить правовое государство, и не все так плохо в нашей стране. Возможно. Будем надеяться».

Бездействие полиции и отсутствие наказания за нападения и даже убийства журналистов породило волну насилия со стороны праворадикальных группировок в адрес представителей медиа, которых «националисты» считают «сепаратистскими». Правоохранительные органы не препятствуют погромам и нападениям таких группировок, к ответственности по факту совершения преступлений не привлекают. Несмотря на возмущение международных организаций, по прежнему функционирует сайт «Миротворец».

О том, что представляют из себя праворадикальные группировки в Украине, почему бездействуют правоохранительные органы и как даже адвокаты становятся жертвами этой агрессии – адвокат Валентин Рыбин. Как глава Фонда Одиссей Валентин защищает интересы тех, кто по мнению праворадикалов является сепаратистами и не заслуживает правосудия– Рафаэль Лусварги, Дарья Мастикашева, Доженков и Мефедов- обвиняемые по трагедии 2 мая в Одессе. За это Валентин сам неоднократно подвергался нападкам и давлению.

Валентин Рыбин: «Спасибо, что я приглашен на данное мероприятие. Я имел возможность присутствовать на самой непосредственно сессии и имел возможность видеть этот оголенный нерв российско-украинских отношений. К сожалению, мы наблюдаем на всех площадках такое противостояние.

Ни свобода слова, ни тем более свобода мыслить, формировать и выражать свое мнение, не возможна в среде, где присутствует насилие. К сожалению, мы видим, как государственные чиновники когда-то двух братских народов - может быть в глубине души они еще остаются братскими, потому что не все люди разделяют государственную политику, которая проводится нынешней властью в Украине - практически в открытую выражают друг другу свое негативное отношение. Это однозначно не способствует ни диалогу, ни возможности решить ту конфликтную ситуацию, которая, к сожалению, сегодня есть.

Что же по теме вопроса. Я опять же возвращаюсь к истокам того, что произошло у нас 2013-2014 году. На своей точке зрения я настаиваю, и готов по этой теме дискутировать. Я считаю, что люди, пришедшие к власти в результате насилия, не способны слушать и не способны воспринимать своего оппонента без такого насилия. Потому что, однажды прибегнув к насилию и получив достаточно интересный результат, они будут прибегать к этому постоянно. Мы наблюдаем это насилие, которое применяется к журналистам, юристам, к просто людям, которые придерживаются другого мнения. Это все есть в Украине сегодня. К сожалению, я вынужден об этом вам сообщить.

Относительно физического насилия к журналистам. Я думаю, что уже нет смысла говорить об этом, потому что это не то, что даже не новость, это уже даже не интересно обсуждать. Мы наблюдаем это практически каждый день. Когда журналистов за выполнение своей работы сажают в тюрьму, когда применяют по отношению к ним насилие. Мы видим какое отношение испытал на себе недавно Василий Муравицкий, которого при выходе из суда облили зеленкой. О чем можно говорить?

Люди, которые применяют насилие, я уверен, еще раз повторюсь, не способны к диалогу. И вот этот момент я хотел бы донести международному сообществу, чтобы вы, глядя на то, что происходит в Украине, не допускали у себя в странах, в развитых демократиях вот таких вот проявлений. Пожалуйста, не допускайте насилия. Это чревато колоссальными, катастрофическими последствиями по отношению и к демократическим институтам, и к правам человека как таковым. И вспомним, именно для этого принимались соответствующие международные конвенции и для этого создавался соответствующий Европейский суд.

Уважаемые коллеги, хотелось бы сказать о том, что происходит. Банально схема очень простая. Люди, которые испытывают на себе насилие либо со стороны государственной власти, либо со стороны их приспешников, боятся говорить. Соответственно они не хотят испытывать на себе это насилие больше и пытаются молчать.

А те, кто продолжают это делать, подвергаются абсолютно четкому, прямому и циничному способу влияния. Например, радикальные организации «Правый сектор», «С14» никаких проблем не испытывают, чтобы просто на улице подойти к человеку, который указан спецслужбами либо выбран ими самостоятельно по наитию, и подвергнуть его насилию.

Причем это хамское хулиганское поведение по отношению ко всему обществу. Прямо на улице газ в лицо, зеленка на голову. Это античеловечно. Это делается именно с той целью, чтобы люди молчали, чтобы люди перестали говорить о том, что они думают. А когда человек перестает выражать свои мысли, он вскоре перестает и думать. Вот, что самое главное.

Нынешняя действующая власть в Украине хочет, чтоб все думали так, как выгодно именно власти. А я, как юрист и как адвокат тех, кто испытывает на себе колоссальное давление, хочу представителям официальной украинской делегации, которые одели сегодня футболки «Свободу Сенцову» и т.д., задать вопрос такого характера. А почему нет ни одной футболки с возгласом освободить Дарью Мастикашеву, которую украли и пытали представители СБУ. Видео с ее признанием, которое получено под пытками, показал сам председатель Службы безопасности. Где футболка с возгласом освободите Евгения Мефедова, который пятый год находится в застенках. Таких футболок нет. Одностороння позиция, только та, которая показывает приверженность к государственному курсу. А он, к сожалению, я вынужден также констатировать, не является конструктивным и демократическим в Украине.

И, завершая свое короткое выступление, хотелось также отметить по теме сайта «Миротворец» и непосредственно нарушения права на защиту персональных данных. Мои персональные данные размещены на сайте «Миротворец». И я не журналист, я юрист. Я защищаю людей. И раз кому-то не нравится, я ничего против не имею.

Сайт «Миротворец» активно используется как раз-таки для того, чтобы показывать пропатриотическому обществу, кто является противником такого пропатриотического общества и давать определенные ориентиры. Если вы хотите такого человека найти, хотите сделать с ним что-либо или каким-то образом на него воздействовать, даже если это будет насильственный способ, вам ничего за это не будет.

И я вам рассказываю это, как человек, который испытал на себе насилие и со стороны представителей «Правого сектора» в Одессе, когда я защищал Мефедова. Был подвергнут нападению, мне залили газ в лицо. Ничего страшного, мы это все переживаем. Но я, как законопослушный гражданин, обращаюсь в правоохранительные органы с заявлением и требую расследовать данный факт. Год прошел. Ничего не сделано. Недавно, в фойе Апелляционного суда города Киева точно также подвергся нападению представителями «С14». Что вы думаете? Никакой реакции государственной власти. И это говорит о том, что мы можем подвергаться насилию. И люди, которые это будут совершать, не будут получать никакой надлежащей оценки со стороны государственной власти. А это и говорит о моменте социетального уважения к праву на свободу слова и мнения. Элементы, которым не присуще выполнение функций правоохранительного органа, применяют насилие и по сути деструктивно влияют на развитие нашего общества.

Пользуясь случаем, я хочу попросить представителей международного сообщества, поблагодарив и организаторов и тех, кто сегодня пришел на наш side event, попросить вас не допускать насилие в своих странах, очень бережно относится к тем зыбким, как оказалось, правам человека, в том числе праву на свободу слова и свободу мнения».

О борьбе за свое мнение и повышенном «внимании» праворадикальных группировок не понаслышке знаетГалина Чайка, руководитель Львовского офиса правозащитной платформы «Успішна варта», активно защищает права ветеранов Львова и Монумент славы от неоднократных попыток сноса. Галина сама становилась жертвой нападок, риторики агрессии и нетерпимости в свой адрес. В начале августа львовские «активисты» из местной организации Добровольческого движения ОУН опубликовали список из правозащитников, журналистов и активистов, которые, по их мнению, представляют собой «московскую пятую колонну во Львове». В список попала представитель «Успішна варта» Галина Чайка, а также блоггер Павел Хомив, артист театра Николай Санжаревский, священнослужители львовской епархии УПЦ.

Галина Чайка: «В городе, который провозглашает себя европейским и продвигает европейские ценности и стандарты, демократию и соблюдение прав и свобод человека в соответствии с Конституцией Украины и Европейской Конвенцией по правам человека, на практике, в реальной жизни, это пустые декларации.

Давайте рассмотрим несколько эпизодов по нарушению прав человека на примерах из жизни простых жителей Львова:

Николай Санжаревский - «Солист-сепаратист», главный солист Львовского театра оперы и балета им. Соломии Крушельницкой. В 2015 году был внесен в базу сайта «Миротворец» за якобы антиукраинские взгляды. СБУ на основании этого, а также по доносу активистки Елены Добровольской, начинает расследование. В январе 2018 года Николая Санжаревского обвинили в поддержке и финансировании «ДНР». По этому факту, СБУ открыла дело по статье №258-3 («создание террористической группы или организации»).

Артист оценивал события 2014 года в Украине государственным переворотом, считал, что резкий переход к евроинтеграции вызовет обнищание украинского народа. С 2013 года по 2014 год вел страницу «Антимайдан» в одной из социальных сетей. Коротко о последствиях преследования за эти взгляды со стороны украинской власти:

- Потерял работу;

- Были закрыты и утеряны международные проекты, над которыми работал Николай Санжаревский и его ученики на протяжении многих месяцев;

- Репутационные потери;

- Тяжелая депрессия и психологическая травма.

Ни одно из расследований не дошло до суда, вина не была доказана, но СМИ, которые подхватили и раздули информацию об артисте, по сути испортили человеку жизнь, и никто за это так не ответил.

Павел Хомив. Львовский блогер и публицист. Подвергается системным нападкам со стороны бывших ветеранов АТО, различных праворадикальных националистических организаций, за свою гражданскую позицию, а именно несогласие с политикой президента Украины, критику волонтеров и людей, которые наживаются за счет войны. Угрозы физической расправы, угрозы «закатать в асфальт», повторить судьбу Олеся Бузины, которого убили в Киеве - это далеко не полный перечень того, с чем каждый день сталкивается Павел Хомив.

Полиция, СБУ не реагируют на официальные заявления блогера, не видят в угрозах ничего криминального. Для них это даже не подпадает под статью – «хулиганство».

1 августа 2018 года Общественная организация «Добровольчий рух Организації Украинских Націоналістів» на своей странице в Facebook выставил статью «ВАТАЛИКС – пятая колона Москвы в лицах». В публикации были фотографии с данными 27 человек, в том числе и моими, а также призыв к обществу любым способом высказать «негативное отношение» к участникам списка.

В этом посте представители «Добровольчий рух Организації Украинских Націоналістів» призывали граждан к противозаконным действиям, а именно: «При встрече с ними каждый украинец должен высказать свое негативное к ним отношение любым удобным ему способом. Мы должны сделать их жизнь невыносимой» - вот слова обращения праворадикальной организации к украинским гражданам в Facebook. 27 человек из списка «ВАТАЛИКС» к которым нужно было высказать негативное отношение – это женщины, старики, которым за 70 лет, священнослужители, представители русских культурных организаций во Львове, а также общественные деятели, которые защищают людей от нападок правых националистических радикальных организаций. После публикации, участникам списка начали начали угрожать в духе: «а у нас нет серной кислоты, для этих ублюдков».

Психологическое насилие, запугивание людей, призывы к гражданам Львова нанести физический и психологический вред людям, которые не поддерживают радикальные взгляды организации «Добровольчий рух Организації Украинских Націоналістів», у которых альтернативное мнение на исторические процессы в Украине и в Галиции, которые не считают героями воинов УПА, Степана Бандеру. Запугивание и унижение людей, которые чтят погибших солдат ВОВ, которые отстаивают и пытаются не дать снести памятники Советским солдатам, воевавшими с фашизмом. В конце концов это преследование людей за их русский язык, за то, что они поддерживают свою культуру и традиции.

Я обращалась с официальными заявлениями и в прокуратуру Львова, и в СБУ с просьбой принять меры и предотвратить возможные противоправные действия в отношении группы лиц, указанных в перечне «Ваталикс». К сожалению правоохранительные органы Украины не видят в действиях Организации ОУН состава преступления. Никаких профилактических мер с членами организации они не провели. В Facebook в свободном доступе и дальше доступна публикация с фотографиями людей, жизнь которым «нужно сделать невыносимой». Как мы видим правовое государство Украина – это только декларации, на самом деле жители Западной Украины, да и в целом страны, постоянно страдают от запугиваний, преследований, насилия со стороны членов и активистов праворадикальных националистических организаций, которых власть использует для борьбы с инакомыслящими, борьбы со своим народом, который не согласен с той политикой которую проводит украинская власть.

Без суда и следствия через подконтрольные СМИ, общественные организации, людей делают врагами, вешают им ярлыки: «сепаратист», «ватник», «агент Путина».

Критикуешь президента - враг, имеешь свою точку зрения на процессы в стране - враг и сепаратист, УПА и Степан Бандера не твои герои – враг и пятая колонна Москвы.

Призываю международное сообщество внимательно отнестись к тому, что происходит с соблюдением прав и свобод человека в Украине. Обратить пристальное внимание на соблюдение свободы слова и права на выражение мнения. Реальность такова, что в Украине, с молчаливого согласия власти, за него преследуют, запугивают и даже убивают».

Глава медиахолдинга «Вести» Ольга Семченко подвела итоги и поблагодарила собравшихся за принципиальную позицию.

Ольга Семченко: «Всем огромное спасибо за то, что все собрались и высказываете свои точки зрения. К сожалению, представители официальной украинской делегации постепенно покинули нас и не выразили своих мнений. Но я думаю, что по сути дела это и показывает каково их отношение к тому, на сколько они желают вести хоть какой-то диалог с представителями альтернативной точки зрения. И вообще в целом желают ли они это делать. Поэтому я хочу сказать, все мы тут нормальные, все мы тут хотим Украине только самого лучшего. Все мы за это сегодня где-то подвергаемся опасности, но тем не менее идем вперед и будем это продолжать делать».


Только полезная и актуальная информация о правах человека в Украине! Моментально и содержательно в Telegram «Успішна варта»!

Похожие новости